Происхождение Царской Династии Романовых

Втортая Часть

Здесь следует отметить, что наиболее стойко и последовательно в это смутное для России время держались лишь Троице-Сергиев монастырь под руководством архимандрита Дионисия да Нижний Новгород под руководством воевод князя Репнина и Алябьева. И был ещё жив непримиримый к врагам патриарх Гермоген, заключённый поляками в темницу Чудова монастыря, где он и умер впоследствии 17 февраля 1612 года от голода и болезней.

С июля 1611 года архимандритом Дионисием начали рассылаться грамоты в разные города России, чтобы разбудить ненависть в сердцах граждан к иноземным захватчикам. 25 августа 1611 года в Нижнем Новгороде была получена грамота и от патриарха Гермогена, где святой старец призывал нижегородцев стоять за святое дело, за православную веру. Воевода Алябьев переслал копию грамоты в Казань, казанцы - в Пермь. И неслучайно, что первыми во весь голос заговорили о сопротивлении иноземцам именно в Нижнем Новгороде.

Земский староста Кузьма Минин призывал каждого нижегородского гражданина отдать часть своего имущества для снаряжения ратников, и народ, представляющий все сословия, горячо откликнулся на его призыв. При выборе военачальника ополчения нижегородцы остановились на кандидатуре князя Дмитрия Пожарского и послали к нему в село Юрино делегацию в главе с наместником Вознесенского Печерского монастыря архимандритом Феодосием. В Нижний Новгород Пожарский прибыл 28 октября 1611 года.

Второе народное ополчение выступило из Нижнего Новгорода в конце февраля - начале марта 1612 года Его путь пролегал вдоль правого берега Волги через Балахну, Тимонькино, Сицкое, Катунки, Пучеж, Юрьевец, Решму, Кинешму, Плёс, Кострому , Ярославль и Ростов Великий. По просьбе жителей Суздаля Пожарский послал в город своего родственника, стольника князя Романа Петровича Пожарского, который разбив поляков, освободил город. В Ярославль ополчение пришло в конце марта — начале апреля 1612 года и вынуждено было задержаться до конца июля, чтобы собрать больше войск и лучше подготовить ополченцев к московскому сражению. Перед приходом в Ярославль Пожарский получил известие об измене руководителей казацкого отряда, стоявшего под Москвой, князя Д. Т. Трубецкого и атамана Заруцкого, присягнувших ещё одному Самозванцу, беглому дьякону Исидору (в июне 1612 года князь Трубецкой прислал Пожарскому письмо, в котором отказался от присяги новому Самозванцу). В Ярославле же князь Пожарский чуть было не погиб от руки наёмных убийц, подосланных атаманом Заруцким.

28 июля 1612 года второе народное ополчение выступило из Ярославля в Москву и 14 августа 1612 года оно уже было у стен Троице-Сергиевого монастыря, а 20 августа подошло к Москве. 21-24 августа состоялось ожесточённое сражение ополченцев с поляками и войсками литовского гетмана Ходкевича, пришедшего на помощь полякам по приказу польского короля Сигизмунда III. К вечеру 24 августа поляки и войска Ходкевича были наголо разбиты, а сам Ходкевич с остатками своего войска утром 25 августа 1612 года ушёл в Польшу. Но ещё два месяца продолжалась борьба ополченцев с засевшими в Москве поляками. Наконец 22 октября (1 ноября по новому стилю) поляков выгнали из Китай-города. Ополчение, очистив Москву, должно было заключить свою победу избранием царя, для чего Пожарский приказал по десять выборных от каждого города, но были города, приславшие больше число своих представителей; так Нижний Новгород послал 19 человек.

Всех подписали под грамотой избрания Михаила Федоровича 277, из них 57, принадлежат духовенству, 136 боярам и высшим служилым чинам, а остальные 84 –городским выборным. Вначале собор распался на партии и, по выражению летописца, «на многие дни бысть собрания людям, дела же утвердити не могут и всуе метутся семо и овамо». Какой-то дворянин из Галича подал письменное мнение, что ближе всех по родству к прежним царям стоит Михаил Романов, а потому его и надо выбрать в цари.

Раздались голоса противников, но в это время из рядов выборщиков подошел к столу донской атаман и положил на него писание. «Какое это писание ты подол, атаман?» - спросил его князь Пожарский. О при родном царе Михаил или Федоровиче», - ответил атаман, который будто бы и решено дело. Это было 7 февраля на предварительном избрании, а окончательный выбор был отложен до 21 числа и в города были отправлены люди, чтобы узнать мнения народа. Посланные вернулись с известием, что у всех одна мысль: быть государем Михаилу Федоровичу Романову, а опричь его никак никого на государство, не хотеть. В неделю православия, первое воскресение Великого поста, 21 февраля 1613 года, были назначены окончательные выборы. Каждый чин подал письменное мнения, и во всех их значилось одно имя - Михаила Федоровича.

Тогда несколько духовных лиц с боярином во главе посланы были на Красную площадь, и не успели они с Лобного места спросить народ, кого хотят в цари, как все закричали: «Михаила Федоровича! ».

В царе Михаиле видели племянника царя ФедораI, природного, наследственного царя Летописец отмечает, что Михаила Феровича просили на царство «с родственного его ради соуза (союза) царских искр», а Авраамий Палицын называет Михаила «избранным от Бога прежде его рождения». Но чуть было новое злодейство не разрушило дорогие мечты русского народа. Михаил Федорович с матерью своей после московской осады уехал в свою Костромскую вотчину, село Домнино, где едва не подвергся нападению шайки поляков, которая в 1613 году пробралась в Галичский и Костромской уезды. Факт пребывания поляков в Железно-Боровском монастыре, всего в 15 - 20 верстах от Домнина, установлен историею. Отсюда они искали дороги в Домнино, чтобы убить новоизбранного царя и тем вызвать смуту, выгодную для них. Они не дошли до Домнина каких - нибуть двух верст; встретившийся им домнинский крестьянин Иван Сусанин, бывший доверенным лицом Романовых, чуя опасность, повел их в противоположную сторону к селу Исупову; в Домнино же послал своего зятя, Богдана Собинина, к царю Михаилу Федоровичу с известием о грозящей опасности и советом укрыться, а Ипатьевском монастыре, близ самой Костромы, построенном в ХIV столетии мурзой Четом, предком Годунова. Этот монастырь поддерживался вкладами царя Бориса, при Лжедмитрии был подарен последним Романовым, как полагают, за все, претерпенное ими от Бориса. Тогда несколько духовных лиц с боярином во главе посланы были на Красную площадь, и не успели они с Лобного места спросить народ, кого хотят в цари, как все закричали: «Михаила Федоровича! ».

В царе Михаиле видели племянника царя ФедораI, природного, наследственного царя Летописец отмечает, что Михаила Феровича просили на царство «с родственного его ради соуза (союза) царских искр», а Авраамий Палицын называет Михаила «избранным от Бога прежде его рождения». Но чуть было новое злодейство не разрушило дорогие мечты русского народа. Михаил Федорович с матерью своей после московской осады уехал в свою Костромскую вотчину, село Домнино, где едва не подвергся нападению шайки поляков, которая в 1613 году пробралась в Галичский и Костромской уезды. Факт пребывания поляков в Железно-Боровском монастыре, всего в 15 - 20 верстах от Домнина, установлен историею. Отсюда они искали дороги в Домнино, чтобы убить новоизбранного царя и тем вызвать смуту, выгодную для них. Они не дошли до Домнина каких - нибуть двух верст; встретившийся им домнинский крестьянин Иван Сусанин, бывший доверенным лицом Романовых, чуя опасность, повел их в противоположную сторону к селу Исупову; в Домнино же послал своего зятя, Богдана Собинина, к царю Михаилу Федоровичу с известием о грозящей опасности и советом укрыться, а Ипатьевском монастыре, близ самой Костромы, построенном в ХIV столетии мурзой Четом, предком Годунова. Этот монастырь поддерживался вкладами царя Бориса, при Лжедмитрии был подарен последним Романовым, как полагают, за все, претерпенное ими от Бориса.

Бродя нарочно по Исуповскому болоту и соседним лесам целую ночь и утро следующего дня, несмотря на пытки, Сусанин не открыл злодеям местопребывания Михаила Федоровича и был ими изрублен в селе Исупове.

В 1839 году, в царствование императора Николая I, в Костроме был сооружен памятник царю Михаилу Федоровичу и крестьянину Ивану Сусанину.